А вдруг?

В ту спокойную ночь, когда я слышал голос... не был ли ангел тот денницей?

"Такая луна - на экране одна"

Как же быстро вcходят злые плоды... "Королева в восхищении!" Мои сестры, поднимите за меня красные бокалы. 

Постоянные эти акценты на лунной природе привели к тому, что я нашел и соответствующую песню. Ну конечно же это не совпадение! Это такой... скромный гимн моей совсем нескромной персоне Лунного Льва. Какой все-таки точный образ. Если бы вы знали, как непросто порой, находясь в плену подлунного мира, все же быть царем зверей среди этих грызунов. Что же касается исполнителя песни, то он в представлении здесь не нуждается. 

P.S. Вечером перед глазами возникла на мгновение вдруг картина похорон. Без комментариев.

На сон грядущий

Пора, наконец, вернуться к проблематике людей и звезд. Вообще, если вы не обращали внимание, вертикальная модель мироздания очень наглядно проявляется в нашей жизни. Земля-небо, низ-верх... я с легкостью, следуя старейшему герметическому постулату, нахожу аналогии неба и земли внутри себя. Возвращаясь с сегодняшней вечерней прогулки, я посмотрел на небо и увидел звезду. И это нашло моментальный отклик в моем мире. "Каждый мужчина и женщина - звезда". Бездонное черное небо и мерцающие звезды - это то, что всегда пугало и вдохновляло, вызывало Сокрушение и Восторг. За устремленностью немедленно следует желание изменить форму. Но следует ли за желанием намерение? Не всегда. Вот и получается как Кинчев писал в своих "Сумерках": "Глазами в облака да в трясину ногой". именно это мне и пришло в голову, когда я опустил взор с небес на землю. Ловить звездный свет и задыхаться, валяясь в пыли, не зная, как ты там оказался... Это неправильно! И никто, кроме меня самого не поставит меня на ноги. Я должен быть верен своей звезде. А то, что не помогает мне в движении к ней - не более, чем препятствие на пути. Которые только для того и нужны, чтобы их переступать. Вот такую нехитрую форму я и возьму отныне на вооружение.

Eduardo L

Seemann

Я знаю, что будет написано на моем надгробии, когда я умру: "der beste Seemann war doch ich". Только умереть надо будет где-нибудь в Германии или Австрии, чтоб это выглядело органичнее. Но, прошу обратить внимание всех моих знакомых, которые читают эти слова, если умру здесь и уже скоро, то пусть эта надпись будет на моей плите. Это воля умершего! Записанная на бумаге. Ну а чтобы не возникло лишних вопросов, почему вдруг да откуда...